Знатокам моды
19.06.2017 | Наталья Кулагина

Ретроспектива парижской моды в Нью-Йорке

часть 1      часть 2

 

Вот мы и добрались до Большого Яблока, как еще называют Нью-Йорк. Сумасшедший, хаотично бегущий город с гудящими улицами и абсолютно разношерстной публикой – всех сословий, рас, достатка и, конечно же, стиля. Глядя на столь многоликую Америку, понимаешь, что каждый, кто приехал сюда в поисках свободы и исполнения желаний, мечтал всенепременно ее покорить. Есть версия, что прозвище города возникло в среде джазовых музыкантов, из их любимой пословицы: «На древе успеха много яблок, но если тебе удалось завоевать Нью-Йорк, тебе досталось большое яблоко».

 

Путь через океан мы проделали, чтобы посетить наиболее значимую выставку года Paris Refashioned 1957–1968, которая прошла в музее Fashion Institute of Technology (FIT).

 

Задача экспозиции, по замыслу ее кураторов, состояла в том, чтобы исследовать и показать роль Парижа в мировой моде, сосредоточив особое внимание на одном из самых интересных и новаторских периодов в истории моды. Многие эксперты в своих книгах представляют Лондон тех годов центром инновации и дизайна, ориентированным преимущественно на молодежь. Но они упускают, насколько важное место занимал тогда в модной индустрии Париж. Это время серьезных перемен, которые перевернули мышление всех, кто причастен к миру моды. Время, когда 21-летний Ив Сен-Лоран стал креативным директором Дома Christian Dior и вместе с другими молодыми дизайнерами, Пьером Карденом и Юбером де Живанши, бросил вызов традиционной системе haute couture. И чтобы рассказать о влиянии французского haute couture, ready-to-wear и поп-культуры на мировую индустрию и проследить, каким образом она трансформировалась в моду, которую мы знаем сейчас, FIT отобрал из собственных архивов около 50 000 предметов.

 

 

В Англии, как и во Франции, в 1958 году более 11 миллионов граждан были младше 15 лет – это послевоенное поколение молодых людей, ставших совершеннолетними в 60-х годах. Они хотели быть особенными, ни на кого не похожими – слушать «свою» музыку, смотреть «свои» фильмы и посещать те бутики, которые нравились именно им.

 

Группа молодых дизайнеров отвергла устоявшиеся принципы признанных законодателей моды Франции. Эммануэль Хан и Соня Рикель ввели новый демократичный вид одежды, который оказался крайне влиятельным. «Мода haute couture мертва, – говорила Хан. – Я хочу создавать одежду для улиц, я хочу создать новую классику для новой эры». А к середине 60-х годов огромное количество дизайнеров начали производить собственные линии готовой одежды. И кутюрье, которые не смогли принять новые веяния, ушли с подиума. Так в 1968 году Кристобаль Баленсиага – один из самых успешных и модных дизайнеров XX века – закрыл двери своего Дома, объяснив, что невозможно создавать настоящее искусство, следуя на поводу у моды.

 

В первой части выставки был воссоздан стиль изысканного салона с коллекцией экспонатов 1957–1960 годов. Основная экспозиция представляла одежду haute couture и ready-to-wear периода 1961–1968 годов в современном графическом пространстве, напоминающим парижские улочки того времени. Обе экспозиции знакомили посетителей с работами нескольких дизайнеров, делая акцент на эволюции стилей во время этих принципиально важных 11 лет.

 

 

Считается, что революционные преобразования в парижской моде начались гораздо раньше данного периода, а именно в конце 50-х годов, когда молодые талантливые дизайнеры Ив Сен-Лоран, Юбер де Живанши и Пьер Карден создали себе имена. Кристиан Диор был не только выдающимся кутюрье, но и предприимчивым бизнесменом. В своем бутике он продавал упрощенные варианты моделей haute couture, что стало инновационным и очень успешным концептом. Он увидел перспективу и подъем ready-to-wear, а созданная им линия «Кристиан Диор – Нью-Йорк» учитывала вкусы американских потребителей и подходила для массового производства.

 

После смерти Диора в 1957 году Модный дом возглавил молодой, мало кому известный ассистент мэтра – Ив Сен-Лоран. Многие специалисты посчитали такое решение опрометчивым. Но выход первой же коллекции, в которую вошло знаменитое платье-трапеция, заставил критиков замолчать. Это был важный коммерческий успех. И позже шерстяное облегающее черное платье из осенней коллекции дизайнера 1959 года вызвало переполох среди модных критиков и клиентов. Ив Сен-Лоран быстро доказал, что он держит руку на пульсе моды.

 

 

На выставке инновационные творения Ив Сен-Лорана представили наряду с работами других молодых дизайнеров того времени, которые также получили общее признание.

 

Пьер Карден до открытия собственного Дома в 1950 году создавал костюмы и пальто у Диора. А к концу 1950-х годов в коллекциях Кардена уже была представлена богатая вечерняя одежда – расшитые бисером платья искусного кроя и деталей, но еще без какого-либо намека на смелую, футуристическую эстетику, которая принесет ему известность в следующем десятилетии.

 

 

Юбер де Живанши – дизайнер, создававший платья для Одри Хепберн, – через два года после знакомства со своим кумиром Кристобалем Баленсиагой открыл собственный Дом моды. И хотя Живанши официально не был учеником Баленсиаги, великий испанский модельер был наставником Юбера и давал ему советы по бизнесу и эстетике. Это сотрудничество очень повлияло на творчество Живанши. Объемные пальто, принадлежащие американской герцогине Дорис Дьюк, показывают, что оба дизайнера работали для одних клиентов.

 

Один из шедевров Баленсиаги, представленный на выставке, – кружевное платье «Baby Doll» – стал предвестником «неограниченного» стиля, который окончательно установился 1960-м году.

 

Роже Вивье также 10 лет проработал в сотрудничестве с Домом Dior. Он создавал обувь, которая дополняла модели Кристиана Диора, но иногда кутюрье просил помощи Вивье, чтобы закончить композицию дизайна одежды.

 

Продолжение следует.

 

Автор: Елена Державец

Фото: автора и Shutterstock.com

0